real estate menu left
real estate menu right
real estate company logo

Друзья

Коммунисты Столицы

Красное ТВ

Независимая народная газета 'Советская Россия'

Статистика (с 13.03.11)


Партия коммунистов, но не секта ограниченных людей PDF Печать E-mail
Автор: Андрей Иванов   
09.10.2013 11:31

Программная комиссия Межрегионального объединения коммунистов (МОК) выставила на обсуждение проект манифеста будущей Коммунистической партии. Сейчас идет активное обсуждение. В своих предложениях мне бы хотелось обратить внимание на такой важный момент программы, как отношение к религии.

В современном мире невозможно строить партию или руководить страной, если не опираться на научные факты. Как при проектировании механизмов нельзя игнорировать объективные законы математики, так при планировании политической деятельности невозможно плевать на законы развития общества.

Если сторонники капитализма не имеют глобального проекта будущего и говорят о «конце истории», то коммунисты стремятся к построению справедливого общества, предлагают человечеству альтернативный общепланетарный проект развития. Поэтому коммунисты в первую очередь должны опираться на научные факты, а не подменять объективные законы общественного устройства догмами, штампами и мифами.

В документе, предложенном программной комиссией, есть абзац:

«Среди немарксистских течений особенно разлагающее воздействие на коммунистическое движение оказывает изнутри течение, которое в «Коммунистическом манифесте» определено как «реакционный социализм». Разоблачая мерзость сегодняшнего криминального капитализма, оно ищет свой идеал в патриархальности добуржуазной России. Его ориентиры — слияние «белого» и «красного» идеалов, «общинность, соборность, народность», великодержавность, отказ от интернационализма, союз с церковью. Отсюда постоянная тяга к образам и символам дореволюционного периода. Отсюда идеологическая опора на славянофильство, русских религиозных и белоэмигрантских философов. Это направление играет на оскорбленных социальных и национальных чувствах русского народа, и, прежде всего, находит отклик у самой отсталой части трудящихся. Оно полностью дискредитирует коммунистическое движение и создает питательную почву для заражения его национал-социализмом».

В тексте правильно указано, что тяга к дореволюционным образам у людей есть, и что она вызвана субъективным пониманием истории. Вернее даже, незнанием истории. Дескать, люди на балы ходили, в красивые платья одевались, у каждого барина прислуга была, а в советское время всех загнали в «хрущебы». Понятно, что такой взгляд не имеет ничего общего с научным изучением исторического процесса. Как и различная идеализация патриархального уклада и абстракций вроде «общинность, соборность, духовность».

Но вот фраза «Отсюда идеологическая опора на славянофильство, русских религиозных и белоэмигрантских философов» в программе явно лишняя. Само ее присутствие в документе заметно ограничивает круг наших сторонников, показывает нашу организацию как сборище ограниченных людей. Но самое главное – такая формулировка рисует крайне негативный образ будущего, которого мы желаем.

Читая документ, создается впечатление, что коммунисты должны негативно относиться к славянофильству, к русским религиозным и белоэмигрантским философам. Но, как говорил Ленин, коммунистом стать можно лишь тогда, когда обогатишь свою память знанием всех тех богатств, которые выработало человечество.

Обычно славянофилов противопоставляют западникам. Читая проект программной комиссии МОК, можно подумать, что славянофилы – плохие, а западники – хорошие. Хотя современники тех и других часто отмечали, что между славянофилами и западниками часто нет вообще никакой разницы. Да и не в этом дело. Славянофилы – это одно из направлений общественной мысли в середине XIX века. Они тоже внесли свой вклад в развитие знаний об обществе. Формулировка «идеологическая опора на славянофильство» просто лишена всякого смысла. Собственно, невозможно изучать современное общество, если не знать философских течений прошлого, их предысторию. Точно так же, как нельзя рисовать людям картины светлого будущего, а самим не знать о творчестве Нила Сорского и Иосифа Волоцкого, не иметь представлений о противоречиях между протопопом Аввакумом и патриархом Никоном.

Вообще сложно себе представить, как можно серьезно размышлять о состоянии современного социума, не зная Сократа, Платона, Аристотеля. И не важно, насколько их взгляды кто-то считает правильными или ошибочными. Очевидно, что эти философы внесли колоссальный вклад в развитие общественной мысли, и отвержение их наследия можно расценить только как вопиющее невежество и дикость. Точно так же нельзя не видеть рационального зерна в трудах славянофилов. В конце концов, это были далеко не глупые люди. И многие из них хотели для народа лучшей доли, их помыслы были благородными.

Про русских религиозных и белоэмигрантских философов надо сказать отдельно. Трагедия советского «официального» марксизма состояла в том, что наследие Маркса воспринималось как догма. В проекте программы правильно сказано, что «Диалектико-материалистическая теория общественного развития, созданная Марксом и Лениным, — не свод утопий или догм. Это живая наука, постоянно развивающаяся по мере изменения окружающего мира, накопления и осмысления новых фактов и явлений». Но только в том же документе пишется про русских религиозных философов, как про людей, на наследие которых нельзя опираться.

Прежде всего нужно понять, что русские религиозные философы, как не относится к их личным взглядам, всё-таки были серьезными учеными. Достаточно абсурдно употреблять словосочетания вроде «оппозиционный математик» или «лояльный к власти химик». Точно также странно отрицать труды того или иного философа только потому, что его воззрения не соответствуют некоему шаблону.

Коммунисты должны добиваться построения общества в соответствии с объективными законами общественного развития. Эти законы берут свои корни в реальности, а не в выдуманном мире. А в реальности у человека есть и религиозные переживания, и думы о жизни и смерти. Маркс объективно показал, что социализм и коммунизм есть объективное будущее человечества. Но это вовсе не означает, что коммунисты должны пытаться выбросить из всемирного знания размышления о Боге, душе, загробной жизни.

И не надо указывать на цитаты из Ленина, который был атеистом. Ленин не был пророком или божеством. Он был человеком и имел свои убеждения. Вовсе не значит, что коммунист обязательно должен быть атеистом. И уж тем более, коммунист не может стремиться к тому, чтобы в обществе не было никакой дискуссии о наследии тех или иных философов. Маркс говорил, что всё надо подвергать сомнению. Если сомневаться запрещено, то никакого развития не будет.

В советское время у нас в стране действовали крупные институты марксизма-ленинизма. В них работали тысячи человек, защищали диссертации и выпускали книги. Но вот наследие их «талмудического» марксизма оказалось совершенно невостребованным. В мире знают, в основном, западных марксистов, таких как Эрих Фромм или Вильгельм Райх, труды которых из-за несоответствия их взглядов советскому догматическому изложению марксизма просто запрещали свободно распространять. Из отечественных марксистов в мире известны лишь те, что не нашли признания в своей стране. К примеру, Михаила Лифшиц и Эвальд Ильенков.

Если говорить вообще о русской философии XX века, то наибольшую известность получили Алексей Лосев, Сергий Булгаков, Виктор Розанов, Павел Флоренский, Иван Ильин. Их знает весь мир, их читают у нас в стране. А вот труды сотрудников институтов марксизма-ленинизма никому не интересны. Потому что мысль там мертвая. И не важно, что Павел Флоренский страдал антисемитизмом, а Иван Ильин одно время расхваливал нацистский режим в Германии. Это были их личные убеждения. Да, возможно, как и многие личные убеждения конкретных людей, они были ошибочными. Но нельзя отрицать того, что в их научных трудах есть рациональное зерно.

Особенно режет ухо фраза из проекта программы будущей Компартии: «ОКП против заигрывания с религией и любыми видами идеализма. Она будет вести разъяснительную работу об их сущности с позиций материализма».

Известно выражение Маркса, что «религия есть опиум народа».  Многие «самые правильные» коммунисты трактуют вырванную из контекста фразу, как «религия есть опиум ДЛЯ народа». Соответственно, надо беспощадно бороться с «наркоугрозой». Вырвать с корнем любое религиозное самосознание, а всех религиозных философов объявить «мракобесами».

Во-первых, в оригинале фраза Маркса звучит так: «Религия – это вздох угнетенной твари, сердце бессердечного мира, подобно тому, как она – дух бездушных порядков. Религия есть опиум народа».  То есть, Маркс говорит всего лишь о том, что религия помогает людям найти духовную опору в несправедливом мире.

Многие, считают, что Маркс был чужд религии. Да, он не относил себя к верующим какой-то конфессии. Но под религиозностью можно понимать не только исполнение обрядов, но и идеалистические моменты мотивации. Отрицать их существование просто невозможно. Только совсем недалекий человек может утверждать, что, к примеру, самопожертвование на войне или в борьбе за дело рабочих может иметь под собой лишь материальную основу, без раздумий о смысле жизни и бытия вообще. «Определить действительный религиозный центр в человеке, найти его подлинную душевную сердцевину – это значит узнать о нем самое интимное и важное, после чего будет понятно все внешнее и производное. В указанном смысле можно говорить о религии у всякого человека, одинаково и у религиозно наивного, и у сознательно отрицающего всякую определенную форму религиозности», – писал русский философ Сергий Булгаков в статье с говорящим названием «Карл Маркс как религиозный тип».

Отказ коммунистами от всестороннего изучения мотивов человеческого поведения равносилен самостоятельным разоружением перед сложностью стоящих вопросов социального развития. Отвержение целиком всего наследия религиозных философов не может быть воспринято обществом иначе, как попытка признать все сложные проблемы бытия, волнующие человечество издревле, несуществующими. Таким образом, коммунисты сразу показывают себя как ограниченных людей. И все только с ужасом будут думать о том, что будет, попади к ним в руки власть. На попытку коммунистов сыграть на примитивном «народническом» неприятии современного образа жизни современных священнослужителей, люди могут ответить таким же простым вопросом: «К власти придете – опять священников расстреливать будете?»

Мне могут возразить, что никто этого из современных коммунистов расстреливать не собирается, а речь идет только о разъяснительной работе. Мол, книги религиозного характера запрещать не будем, а только не станем опираться на них в своей деятельности.  Но где грань между запретом и просто полным отторжением? К примеру, почему Алексея Лосева сослали на строительство Беломорского канала? Ведь он не крал, не готовил контрреволюционный мятеж, взяток не брал. А сослали его за книгу «Диалектика мифа». Возразить на научном уровне ему не могли, вот и отправили ученого в лагерь, где он почти полностью ослеп. Когда не хватает словесных аргументов, в ход идут кулаки. А словесных аргументов по существу не может быть, если одним махом отринуть сложные вопросы как несущественные.

И неужели, начиная строить объединенную коммунистическую партию, мы хотим показать себя в обществе этакими швондерами и шариковыми? «Не читал, но осуждаю».

Особенного внимания заслуживает отношение коммунистов к религиозным людям. В программе сказано «уважая чувства». Но тут же написано «ОКП против заигрывания с религией и любыми видами идеализма. Она будет вести разъяснительную работу об их сущности с позиций материализма».

В этой особо вредной для нашей программе фразы скрыто сразу два важных момента.

Первый момент состоит в том, что религиозные люди в обществе объективно есть. И только сумасшедшему может придти в голову мысль, что всех можно переубедить отказаться от религии. Кого-то можно, может, даже большинство. Но уж точно не всех.

Дело в том, что религиозный опыт может строиться на разных основаниях. У одних он строится на чужих словах. Человеку говорят о том, что Бог есть, убеждают, что ему нужно молиться и т.д. Такого переубедить можно. Как с чужих слов человек приобретает веру, так с чужих же слов с ней и расстается.

Но у некоторых вера строится не на чужих словах, а на личном опыте, на религиозном акте. Если человек пережил религиозный акт, то есть эмоциональное состояние, когда почувствовал, что напрямую общается с самим живым Богом, то все увещевания окружающих окажутся тщетными. Не откажется человек от Бога, если он вживую общался с ним, какие бы разумные доводы кто-то не приводил. Потерять такую веру человек может не вследствие размышлений, но в случае другого религиозного акта.

Можно говорить, что этот религиозный акт, это эмоциональное состояние есть всего лишь некая химическая реакция в мозге, объяснять всё особенностями человеческой психики и прочими «материалистическими» причинами. Но для человека, который это состояние пережил, оно будет именно общением с живым Богом. И от веры он никогда не откажется. И она будет для него главным в жизни. Через призму веры человек будет смотреть на смысл земного существования, на труд, на смерть. И будет проповедовать свои взгляды, и будет заражать ими других.

Что делать с такими людьми коммунистам? Сажать в тюрьму или более гуманно помещать в психиатрические лечебницы? А где грань, которая определяет «правильное мышление»? Так мы снова придем к «талмудическому» марксизму, как к основе государственной идеологии. Где любой неуч сможет прикрыться удачно вырванной цитатой из классиков, а человек сомневающийся будет подвергнут общественному порицанию.

Но вряд ли такую перспективу хотят видеть люди в нашей стране. А если мы не отражаем чаяния людей, то обречены остаться сектой.

Поэтому считаю, что в программе новой объединенной Компартии надо всячески отказаться от любых упоминаний о религии. Лучше записать положение о том, что коммунисты выступают за полную свободу слова и убеждений, что никакой творческий поиск не может быть ограничен государственной идеологией.

Вера – личное дело каждого. Те, кто считает, что религия неизбежно должна отмереть при наступлении коммунизма, пусть считают так. Собственно, тогда и не надо навязывать никому свое отношение к религии. Ведь коммунизм строится не только на отношении к религии, но (и прежде всего) на развитии экономических предпосылок. Те, кто считает, что Бог есть, пусть не чувствуют себя какими-то «неправильными» и лишенными возможности верить, в том числе, и в светлое коммунистическое завтра.

Андрей ИВАНОВ

 

Комментарий члена Исполкома МОК, главного редактора издания "Форум.мск" Анатолия БАРАНОВА:

Очень хорошая и важная тема поднята Андреем Ивановым, но все же партийные документы нужно читать более внимательно. Как один из "отцов-основателей" попробую прояснить позицию программной комиссии.

Но для начала надо прояснить, что такое политическая партия. Партия - союз единомышленников, совместно добивающихся некой общей цели. Ключевое слово тут "единомышленников". Если бы мы создавали какое-то политическое объединение достаточно разнородных сил, ну, скажем, Форум левых сил, то вполне могли бы совсем отказаться от программно-идейного единства, ограничившись общими рамками - "левый - это тот, кто..." и так далее. А внутри этих широких границ - полное идейное многообразие.

Но партия - это нечто более идеологически определенное и достаточно жесткое. Большевики во время Гражданской война даже отказались от фракций внутри партии, да так потом и продлили это ограничение до самого конца КПСС. Наверно, это было лишним, но все равно - идеологические рамки партии достаточно узкие и жесткие. В противном случае не получится поддерживать достаточного уровня партийной дисциплины, а без нее ни о какой политической борьбе за власть говорить не приходится.

Вполне понятно, что идейной основой коммунистической партии является марксизм, который стоит на диалектическом материализме. И куда тут присунуть религиозные убеждения отдельных граждан?

Программная комиссия считает неприемлемым для членов коммунистической партии "слияние «белого» и «красного» идеалов, «общинность, соборность, народность», великодержавность, отказ от интернационализма, союз с церковью". Отметим - не религиозность как таковую, и тем более не богоискательство, а именно союз с церковью как с организацией. Прошу прощения, а как товарищ Иванов видит союз между компартией и религиозной организацией, политическим идеалом которой со времен Византийской империи является православная монархия, симфония между монархией и церковью? Давайте уж будем откровенны - РПЦ даже в рамки буржуазно-авторитарной Конституции РФ не вписывается, поскольку первая же статья основного закона заявляет, что Россия - республика. И сегодняшняя-то "симфония" между путинской диктатурой и РПЦ является фарисейством чистой воды, а уж как представлю патриарха Зюганова, целующего ручку патртиарху Кириллу, так кроме слова "постмодернизм" ничего и в голову не приходит. Никакому Марату Гельману такого не придумать.

И вот тут не надо бы смешивать личные взгляды граждан, личную религиозность - с воцерковленностью. Политическая организация не должна навязывать массе граждан какие-то определенные идеологические стереотипы. Про Беломорканал тут вообще лишнее - у современных коммунистов куда больше шансов отправиться туда, чем у ревнителей православия. Свобода вероисповедания, как и вообще свобода совести - это одна из основ гражданских свобод, которые должны быть "священной коровой" коммунистов. Мы идем дать людям свободу, а не забрать ее.

Но членство в партии - другое дело. Партийность обязывает к определенным ограничениям, и подчас к очень серьезным ограничениям. Для того, чтобы дать людям свободу, придется коммунистам сильно ограничить свободу собственную. Не народ для нас, а мы для народа. Поэтому извините - духовные искания, прозрения и визионерский опыт должно оставить за порогом. Сталин назвал партию "орденом меченосцев", и был он не так уж и неправ.

Коммунист действительно обязан обогатить свою память знанием всех тех богатств, которые выработало человечество, но он вовсе не обязан следовать сразу всем течениям, выработанным философской мыслью человечества. Знать, понимать - и ставить в идеологическую основу, совсем не одно и тоже. И если партия Зюганова опирается на Ильина, то это никак не коммунистическая партия. А уж труды Павла Флоренского даже в церкви воспринимают весьма настороженно, не говоря уж о "великом путанике" Розанове. Кстати, в области каких наук Флоренский и Розанов - ученые? Публицистика, даже эссеистика - это пока не по разряду академии, хотя после ее реформирования, вероятно, введут и теологию. И что, коммунистам радоваться?

Андрей Иванов прав - политическая партия не должна совать свой нос в частную жизнь граждан, но это касается граждан, свободных от партийной дисциплины. В том числе - сторонников партии. Но не членов партии! Потому что в какой-то момент может придется сказать: "Иди и умри!" И никаких колебаний, вопросов суперэкуменизма, нестяжательства и свободы воли тут не должно возникать. Коммунистическая партия - это не клуб по интересам для скучающей интеллигенции. В каком-то смысле это тоже "религиозная организация", которая требует от своих адептов многого, а взамен дает только сопричастность великой цели.

Это не значит, что в спокойные периоды нужно в чем-то ограничивать партийную дискуссию, и тем более свободный обмен мнениями в обществе. Но если обратиться к опыту той же церкви, то есть так называемый "Символ веры" - набор постулатов, признание которых которых определяет тебя как христианина. Нам тоже нужен такой "символ веры". Но и тут важно отличать коммуниста по убеждениям и члена коммунистической партии - это пересекающиеся множества, но не одно и тоже. Так вот, коммунист по убеждениям вполне может быть христианским или буддистским коммунистом, даже православным коммунистом. Он может быть сторонником компартии и ревностным прихожанином. Но вот членом партии ему лучше не становиться, чтобы потом не оказаться перед сложным нравственным выбором - слушать церковь или партию?

 

"Форум.МСК"

 
Скопируй в социальную сеть! Расскажи всем!



Работает на Joomla!. Designed by: joomla theme  Valid XHTML and CSS.